| N 24040`
W 021012`
Адриаан оказался
прекрасным рисовальщиком. Весь день рисует
пером эскизы: наши портреты, детали корабельного
быта. Напишу книгу, а его попрошу проиллюстрировать
- получится, как в землеописаниях времени
великих географических открытий: Jaan van
Riebeek, Livingston, братья Humboldt.
Адриаан изучает
нас, как особей редкого вида. Зачем эти
люди делают это? Куда они идут? И наконец:
зачем это ему самому? Куда идёт он сам?
Она
ещё не родилась,
Она и музыка и слово,
И потому всего живого
Ненарушаемая связь.
Спокойно дышат моря
груди,
Но, как безумный, светел
день,
И пены бледная сирень
В черно-лазоревом сосуде.
Да обретут мои уста
Первоначальную немоту,
Как кристаллическую
ноту,
Что от рождения чиста!
Бескрайняя
водная гладь.
Врачебный осмотр в
кают-компании посвящён в основном Голтису.
Тот очень слаб. Мощное интервью с Голтисом:
он будет голодать, пока не минует кризис,
как бы не было тяжело. Ведь тем, кого завалило
в пещере, выбирать не приходится, и они
должны знать, что проголодать 15 дней человек
может, а значит, если верить - выживешь.
Адриаан хочет, чтобы
его посадили в лодку, привязанную к яхте,
где он проголодает без воды и в одиночестве
3 суток. Капитан категорически отказывает
- это технически невозможно. Вот если
придём на Карибы с запасом времени -
пусть себе голодает под пальмой и в голубой
лагуне на здоровье.
В
нашем полку прибыло! |
